«Велико расстояние между интеллектуальным
знанием Бога и любовью к Нему».
Святоотеческое Предание
На протяжении тридцати лет мы наблюдали и многие из нас сами участвовали в строительстве русской общины Латвии. Чаще всего это строительство осуществлялось путем пропаганды русских идей, проведении праздничных мероприятий и культурно-образовательной работы общественных организаций. Но не построили, не удалось. Отдельные общественные организации создать удалось, иногда они даже сотрудничают между собой, но общего организационного субъекта, способного обеспечить воспроизводство русского самосознания создать не удалось. Главная причина неудачи – дефицит духовности среди лидеров и активистов русского движения.
Почему у русской эмиграции двадцатых годов прошлого века, поселившейся в Чехословакии, Югославии и Франции получалось создавать организационные субъекты русской культурной автономии, а у латвийской русской диаспоры это не получается? Считается, что русская эмиграция двадцатых годов прошлого века создавала приходы при православных храмах, и это было решающим условием успешности в самоорганизации. Действительно, православные приходы стали организаторами культурно-образовательных форм тогдашнего русского мира, но это лишь часть правильного ответа.
Вторая часть правильного ответа в том, что лидеры и активисты русской диаспоры двадцатых годов прошлого века были носителями евангельских духовных идеалов, и это обеспечивало их духовное единство и соборное принятие решений. Проще говоря, они могли договариваться по принципиальным вопросам, потому что были духовно едины и поддерживали это единство в литургийном общении в православных храмах.
Вспомним определение церкви, данное еще в XIX веке Алексеем Степановичем Хомяковым в его работе «Церковь одна» – сообщество носителей Божьей благодати, подчиняющихся действию благодати. Церковь через литургию, покаяние и причастие поддерживает благодать у ее носителей, они, в соответствии с духовными идеалами принимают общие решения для реализации социокультурных проектов. Успешность совместной работы зависит от степени сохранения и приумножения благодати.
Мы видим, что в основе успешной самоорганизации лежит главный духовный закон – любви к Богу и ближним. Сегодня духовное единство и его поддержание среди лидеров общественных мнений является первостепенной задачей, которая пока не выполнена. Об этом свидетельствует отсутствие организационного субъекта русской культурной автономии.
О роли духовного единства для сохранения русского самосознания Иван Васильевич Киреевский писал в работе «О необходимости и возможности новых начал для философии»: «Ибо православно верующий знает, что для цельной истины нужна цельность разума, и искание этой цельности составляет постоянную задачу его мышления. Но там, где вера народа имеет один смысл и одно направление, а образованность, заимствованная от другого народа, имеет другой смысл и другое направление, — там должно произойти одно из двух; или образованность вытеснит веру, порождая соответственные себе убеждения философские; или вера, преодолевая в мыслящем сознании народа эту внешнюю образованность, из самого соприкосновения с нею произведет свою философию, которая одна школьная образованность».
Преображение зарубежной русской диаспоры в организационного субъекта русской культурной автономии происходит не в силу организационных усилий группы лиц, а по мере увеличения среди лидеров и активистов воцерковленных людей, ведущих духовную жизнь. Для создания организационной формы русской культурной автономии необходима такая концентрация благодати в ее носителях, которая обеспечивает процесс генерации новых форм.
Носители благодати в сотрудничестве с православными приходами способны обеспечить длительную работу общественных организаций даже при наличии скромных ресурсов. Ибо они ищут не земных благ для себя, а Царства Божия и Правды Его, а земные блага приложатся по мере необходимости (Мф.6:33).
По воспоминаниям прихожанки московской маросейской общины Галины Пыльневой главными принципами организации общины были любовь к Богу и любовь к ближним. Она писала: «Отец Алексий (Мечев) учил так: сначала любовь к Богу, через нее, как последовательное желание угодить Богу, — любовь к ближнему, а затем переделывание себя для ближнего». Только тот, в ком есть любовь к Богу способен изменить себя без потери своей личности таким образом, чтобы достичь конструктивного компромисса с ближними.
О роли духовного руководства в организационном строительстве Иван Васильевич Киреевский напишет в письме Александру Ивановичу Кошелеву: «Существеннее всяких книг и всякого мышления, найти святого православного старца, который бы мог быть твоим руководителем, которому ты бы мог сообщать каждую мысль свою и услышать о ней не его мнение, более или менее умное, но суждение святых Отцов».
Подлинным духовным наставником для верующего может быть лишь тот старец, который ведет его не к себе, а к Богу и эта дорога к Богу проходит под руководством святоотеческого опыта. Задача старца заключается в правильной ориентации верующего в святоотеческом опыте и его интерпретации.
Применительно к общественной работе, необходима организация регулярных семинаров для использования святоотеческого опыта в поиске решений для актуальных проблем работы организации. Еще лучше приглашать на такие семинары представителей клира. Духовная жизнь, в том числе изучение Священного Писания и Предания, православной литературы повышает духовно-творческий потенциал личности, что позволяет согласно духовному закону – видеть новые грани истины. И это видение позволяет понять, что:
1) проблемы в социокультурных формах возникают в том случае, если сокращается духовно-культурное поле традиций, для реализации которых эти формы были созданы. Необходимо четкое определение дефицитных участков поля для последующего его восстановления;
2) наиболее эффективными являются такие решения социокультурных проблем, которые направлены на восстановление полноты духовно-культурного поля традиции;
3) механизм решения социокультурной проблемы представляет собой поиск возможностей для расширения духовно-культурного поля в проблемной зоне или создание новых форм для восполнения ограниченных возможностей;
4) если интеллектуальные усилия проектировщиков не дают эффективных решений проблемы, то необходимо обращение к культурно-историческому опыту сохранения традиции;
5) анализ биографий хранителей культурных традиций показывает, что уровень творческой новизны проектов определяется степенью духовно-нравственной чистоты жизни творческой личности. Подлинный творец – это аскет, ведущий нравственный образ жизни, устремленный к духовным вершинам через познание интересующих его граней истины.
Работа русской общественной организации есть воплощение русского духа в серии культурно-образовательных проектов. Русский дух — это совокупность евангельских идеалов, на основе которых создаются модели проектов.
Вот почему важно, чтобы активисты организации работали над сохранением своего православного миропонимания, согласно главному закону духовной жизни – будь верен в малом и дано тебе будет большое. Достижение и укрепление духовного единства среди общественных активистов, обеспечивает организационное единство, без которого невозможно достижение поставленных целей.
Бухвалов Валерий Алексеевич,
доктор педагогических наук, доцент
